(no subject)

[sulerin]

Сегодня умер поэт Юстинас Марцинкявичюс.


        Мгновение

И свет во хлебе, и цветенье вслух:
лишь тем, что отдаешь, твой век наполнен.
Но кто ты, кто ты: тело или дух,
июль наш сладкий - жизнь - горячий полдень?

Вот: певчие волнистые поля
болят в душе. Как будто в жизни жгучей
ты был. И будешь. Но судьба твоя:
зола - под землю, в небо - дым летучий.

1977
(перевод Георгия Ефремова)


        Идя

идя с твоим именем:

так богат я так много имею
что нечего брать
отдать все могу

идя с твоей радостью:

здесь светят зори бессменно
как будто свет извлекает
из мрака чья-то рука

идя с твоею болью:

эта кровь горит светом правды
и углями лжи не трогайте
не касайтесь живых ран

ах если пусты наши души:

ты нас от нас защити
спаси нас от нас отчизна

1978
(перевод Лазаря Шерешевского)


        Глубины Немана

И руки полные любви
поют как Немана глубины
нашел тебя нашел нашел
ты древо зыбки древо гроба

оплакал углями я дом
вложил в горячий пепел руки
а те чьих не найти могил
у Немана еще все бродят

цветок ли ты их глаз Литва
иль камень ты у них на шее
в груди растет гора Крестов
о древо зыбки древо гроба

вдоль Немана вдоль Немана
ушли мужчины словно волны
воочью вижу всех во сне
когда на древе зыбки плачу

под головой моей твоя
рука твоя рука родная
когда проснусь всех воскресит
своей водой живою Неман

1978
(перевод Лазаря Шерешевского)


        * * *

Осенняя трава, сестра седая!
Там, за листвой, неясно виден дом -
воспоминаньями его ласкаю.
Дверь приоткройте, чтобы ночь вошла.

Осенняя земля, сестра седая!
Лежит вода, укрыв следы ягненка,
и ты мне ничего не говоришь,
когда я пить хочу и к ним склоняюсь.

Осенняя звезда, сестра седая!
Ты помоги мне из всего, что есть,
сложить мое лицо, слова и душу,
чтоб я вернулся тем, каким ушел.

1974
(перевод Георгия Ефремова)