(no subject)

[sulerin]

Пишет ryst1966 

"Травма стратегического партнёрства
Несколько дней назад общественное Литовское телевидение показало идиллическую картину: польский и литовский президенты Лех Качиньский и Валдас Адамкус пару лет назад, беседуя, сидят рядом в польском правительственном самолёте. Том самом, который в этом году, 10 апреля, упал в России, около Смоленска, потерпев катастрофу. Это потрясло также и многих литовцев.
Телесюжет словно задаёт вопрос: а теперь главы двух соседних стран могли бы лететь одним самолётом без опасений, что избиратели их не поймут?
У министра иностранных дел Польши Радослава Сикорского есть, небось, самый ясный ответ: «Я думаю, в действительности, наши отношения с Литвой были такими в течение многих лет, но только сейчас они были точно описаны (Reuters)». Знаю, что господин Сикорский - популярный польский политик. Всё же надеюсь, что не только из-за своей точки зрения на взаимоотношения Литвы и Польши. Редкий глава дипломатии европейской страны ухудшившиеся соседские отношения в публичном пространстве представит почти как достижение. 
 
Действительное или воображаемое великодушие «PKN Orlen»
Энергетика, точнее, инвестиции польского капитала в «Мажейкю нафта» - это ещё один нарыв во взаимоотношениях Литвы и Польши. Преобладающая точка зрения польских политиков: с 2006 года литовцы только суют палки в колёса польским инвесторам. Обозреватели СМИ добавляют: литовцы не сумели оценить благородного польского поступка - за 3 млрд. долларов из российского капитала вырывают мажейкяйский «драгоценный камень».
Это, мягко говоря, преувеличенная точка зрения. Оценивая действительное или мнимое благородство инвестиций польского капитала, следует вспомнить несколько фактов. С одной стороны, в 2006 году литовскому правительству принадлежала только треть акций мажейкяйского завода, другими двумя третями владела теперь уже разрушенная нефтяная компания «ЮКОС». Тогдашнее литовское правительство стремилось не только полностью продать акции, но и обеспечить работу завода в будущем. «PKN Orlen» не отвечало по меньшей мере одному из объявленных правительством критериев тендера: не имело своего нефтяного месторождения и не могло обеспечить постоянной поставки сырья.
В результате решили так, что «PKN Orlen» преследуемым Москвой предпринимателям из «ЮКОСа» предлагает больше всего денег. Литовскому правительству за ту цену осталось выкупить часть акций «ЮКОСа» и весь пакет продать польской компании. Оценил ли как следует «PKN Orlen» цикличность переработки нефти? В 2006 году было возможно предположить, что Литва продаёт акции в лучшее время цикла, а «PKN Orlen» покупает в самое худшее. В 1998 - дно цикла - треть акций мажейкяйского завода Литва продала американской компании «Williams» лишь за 75 млн. долларов.
В Литве публично спрашивали: что будет, если из мести русские прекратят поставку нефти по трубопроводам. Мне трудно сказать, оценивает ли опасность «PKN Orlen». Потом, из-за закрытия идущего в Мажейкяй нефтепровода «Дружба» Литва даже блокировала переговоры Евросоюза с Россией. Теперь, когда взаимоотношения Польши с Россией, возможно, лучше, чем с Литвой, польскому правительству, может, удастся эту проблему решить.
Я журналист, пишущий об экономике. Я слышал, что на польском рынке утвердиться трудно. Однако не приходилось слышать, чтобы потерпевший инвестиционную неудачу в Польше литовский капиталист начинал обвинять «польских националистов».
Насчёт экономически-геополитического альтруизма Польши в Литве есть разные мнения. В первую очередь потому, что до вступления Литвы и Польши в ЕС между двумя странами не было реализовано ни одного проекта инфраструктурной интеграции, важного всем балтийским странам. До 2004 года Польше было невыгодно ни строить газопроводы, ни протягивать линии электроэнергии. Наконец, вряд ли дорога, соединившая балтийские страны с Европой, может быть страшнее той, которая нас связывает сейчас.

Интеллектуал - ещё не Папа
Два десятилетия хорошие взаимоотношения Литвы и Польши поддерживались красивой интеллектуальной идеей польской «Солидарности» и литовского «Саюдиса». В последнее десятилетие ХХ века литовские и польские интеллигенты думали, что на фундаменте противоречивого прошлого они создадут чудо.
Это чудо через несколько лет в резиденции президента Литвы мне описал Адам Михник. «Это невероятно, что больше нет границ, обозначенных колючей проволокой, а поляки в Вильнюс или Львов могут ездить беспрепятственно, почти как домой». Мне кажется, что я его понял, так как подобным образом в польском Пунском крае беспрепятственно мог бывать родившийся в тех местах мой отец, которого вместе с родителями в 1940-е в уже оккупированную Советами Литву выслали немецкие нацисты. Можно было вообразить, что действительно мы будем ездить друг к другу, имея право на свою интерпретацию прошлого, будем политически корректно общаться, а стереотипы исчезнут сами собой. Без тщательной работы, терпения, политики целенаправленного просвещения в обеих странах и даже трудных дискуссий об общем прошлом.
Однако Иоанн Павел II своим словом в Вильнюсе мог закончить дело сепаратистской «польской автономии». Но он был Иоанн Павел II. Потому в начале XXI века выяснилось, что преобладающие стереотипы много крепче чудесной идеи. Народы, декларативно называемые братскими, в действительности чужды друг другу, не понимают друг друга и часто не желают понимать.
Мне сложно ответить, почему литовские поляки до сих пор не могут писать свои фамилии с использованием букв польского алфавита. Жившие в довоенной Польше мои предки не имели возможности писать свои фамилии по-литовски, однако никто так и не заставил их стать поляками. Скорее наоборот.
Поляки не понимают, почему литовцам может быть трудно букву «V» заменить на «W». Для них это - доказательство «параноидального упрямства». Однако в XX веке опыт сателлитов СССР и народов, испытавших оккупацию, в корне различается. Я уверен: если бы в последние годы коммунистического режима на кафедрах польской филологии Краковского и Варшавского университетов часть документов требовалось писать на русском языке, теперь в Польше было бы больше политически влиятельных филологов-фундаменталистов, которые какое-либо посягательство на национальную письменность расценивают как угрозу безопасности своего народа. Неважно, с какой стороны она приходит: русской, английской или немецкой.
С другой стороны, президент Литвы Валдас Адамкус, обещая польским руководителям «решить проблему написания фамилий», несомненно переоценил свои политические возможности. Никогда не любивший целенаправленные и тщательные политические усилия, он во второй своей каденции имел ещё меньшее политическое влияние. Прожив большую часть своей жизни в Америке, он также имел иной опыт, чем многие его соотечественники, пережившие оккупацию. Он был авторитетом, но не Папой.
Ещё вопрос возвращения земель в Вильнюсском регионе. Процесс земельной реституции в Литве длится до сих пор из-за сделанной несколько лет назад ужасной ошибки политиков. Эти земли превратили в движимое имущество. Из-за появления возможности «перенести» унаследованную землю «поближе к месту жительства» возник хаос, огромный взрыв коррупции, а неформальное влияние стало важнее документов о собственности. Понятно: земля рядом со столицей государства стала более желательной. Проблема больше касается и проживающих здесь компактно поляков. Однако называть это «колонизацией» - похоже на паранойю. В Литве ни у кого не возникает мысли, взглянув на героев криминальной хроники Вильнюсского края, обобщить их по национальному происхождению, что преступность - это национальная черта местных поляков.
Но также и формальное законодательство не поможет сблизить народы. Пока в Сейнинском повете слово «litwin» будет равным «негру» в Америке. А в Литве, живущий в парафии Девянишкю поляк будет представлен как говорящий на «тутейшем» языке, влюблённый в беларусского диктатора Лукашенко и в своём подворье не имеющий даже сортира персонаж. Только для интеллектуалов и политиков это чересчур трудный вызов. 
 
В Польшу увидеть Литву
В этом году в Пунский край я впервые привёз своих детей. Может показаться парадоксальным, но мысленно благодарю поляков, что могу им показать, какой могла быть Литва. Если бы в Сибирь не были сосланы лучшие её земледельцы, калёным железом не выжгли любовь к земле и инстинкт собственника. Сомневаюсь, что это чувство благодарности могли бы стереть колебания политических отношений двух стран."

http://ryst1966.livejournal.com/120949.html

Comments

[stulpas.livejournal.com]

Удивил меня своим писмом Комаровскому Рышард Мацейкянец.
http://ru.delfi.lt/news/live/litovskij-polyak-vstal-na-zaschitu-litvy-pered-polshej.d?id=38224819

[indraja]

А, о нём уже тут http://www.delfi.lt/archive/print.php?id=25588003 интересно писали. Думаю, на самом деле на человека могли повлиять книги деятелей прошлого с Виленщизны, которые он издаёт. (Когда я одного из них, Сырокомлю, прочла, и о нескольких других почитала, то сразу стала мечтать - а чтобы местные поляки с этой своей культурой ознакомились!.. С той, в которой Литву любят и Вильнюс её столицей признают на веки вечные :) ).

[stulpas.livejournal.com]

Окинчиц вообще мог бы помолчать. Мастер по "разводке". Сколько человек от него пострадало...