(no subject)
Apr. 18th, 2008 08:28 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
sulerinИнтересная статья про возбуждение уголовных дел против блоггеров.
"До позапрошлого года у российских «правоохранителей» хватало ума в Интернет со своим уставом не соваться. Крайне отрицательная реакция сетевого сообщества на подобные вмешательства и, самое главное, необходимость полного соблюдения буквы закона в доказывании, делала уголовные дела «про Сеть» бесперспективными – любое сомнение толкуется в пользу подсудимого, а сомнений таких в делах тьма. Ибо невозможно стопроцентно доказать, что именно в это время за этим компьютером сидел именно этот человек – если, конечно, его не засняла при этом видеокамера. Одни наши хакеры, способные подделать любой IP и «врезаться» в телефонную сеть, чего стоят в разрушении доказательной базы. Да и юридические проблемы местонахождения контента были не менее серьезны – как, например, было быть с ЖЖ, сервера которого находятся в США?
...
Однако с 2006 года в орбиту внимания «правоохранителей» попали уже совсем другие реплики. Оскорблений или клеветы они не содержали – но зато были весьма критичны насчет нынешней действительности и властных органов. А нередко и доказательны. Писали их, как правило, не заядлые члены радикальных движений – а обычные граждане, как правило с высшим образованием и владеющие словом. И, явно проигрывая словесный спор, власть применила «запрещенный прием» из позапрошлого века."
Рунет: с новым 1937 годом?
Как шутили юмористы времен перестройки, гласность - это право сказать начальнику, что "он козел". В том числе и самому высшему начальству. А поскольку цифра 1937 на Руси уже стала нарицательной, право на критику власти - основную часть свободы слова - россияне стали активно реализовывать в Интернете. На всякий случай, ввиду его "страхующих факторов" - относительной анонимности и абсолютной глобальности. Поэтому в период демократизации Сеть и получила одно из своих "вторых имен" - "территория свободы".
Именно свобода слова в Интернете последние двадцать лет доставляла основную головную боль недемократичным режимам и чиновникам - ибо бороться со словом в виртуале намного сложнее, чем закрывать типографии и глушить "вражьи голоса". Сайт, открытый за рубежом, местным "цензорам в погонах" неподвластен. Да и по внутренним процессуальным законам "сшить" дело было сложновато - возникали нюансы с достоверностью доказательств и пониманием действий. А потому, за сложностью посадки в тюрьмы и психушки "глобализованных" интернетчиков, авторитарные и тоталитарные режимы вынуждены были выкручиваться как-то иначе.
Пути здесь у каждого были свои. Китай, например, сделал "Великий файрволл" - мегафильтр, отсекающий все "идейно неправильные" веб-страницы. Северная Корея вообще "отрубила" Интернет, создав внутри страны некий его аналог. Россия же, не имея денег на первый вариант и сознавая невозможность второго, пошла по третьему варианту - старому салтыково-щедринскому "Ташши и не пушшай". Проще говоря, у нас по исторической традиции Корпуса жандармов и НКВД стали возбуждать уголовные дела за Интернет-высказывания с критикой власти. Как показывает практика, часто жертвуя при этом процессуальной законностью - что вызвало справедливые опасения "интернетизированной" части нашего общества, которой вспомнился андроповский анекдот про оговорку телеведущего - "С Новым 1937 годом".
"Тебя посодют, а ты не пиши"
До позапрошлого года у российских "правоохранителей" хватало ума в Интернет со своим уставом не соваться. Крайне отрицательная реакция сетевого сообщества на подобные вмешательства и, самое главное, необходимость полного соблюдения буквы закона в доказывании, делала уголовные дела "про Сеть" бесперспективными - любое сомнение толкуется в пользу подсудимого, а сомнений таких в делах тьма. Ибо невозможно стопроцентно доказать, что именно в это время за этим компьютером сидел именно этот человек - если, конечно, его не засняла при этом видеокамера. Одни наши хакеры, способные подделать любой IP и "врезаться" в телефонную сеть, чего стоят в разрушении доказательной базы. Да и юридические проблемы местонахождения контента были не менее серьезны - как, например, было быть с ЖЖ, сервера которого находятся в США?
Однако - с уменьшением возможностей высказаться "в реале" и ростом недовольства в обществе - число "несогласных" в Сети стало множиться. До такой степени, что отдельные силу имущие, в связи с приближением выборов, решили на всякий пожарный исключить случайности. И, без прежней заморочки процессуальными вопросами (а иногда даже здравым смыслом), в стране начали "печься" уголовные дела за критические рассуждения в Интернете - вполне в сталинско-брежневском духе.
Сначала в "группу риска" входили лишь радикалы внесистемной оппозиции - всяких НБП и АКМ. Например, нацбол Андрей Сковородников, матерно обругавший президента на своем сайте, получил в 2005 году полгода исправработ. С одной стороны, конечно, публичная персона на то и публичная, чтобы ее обсуждали - но с другой, ничего не мешало матерную дефиницию изложить цензурными словами.
Однако с 2006 года в орбиту внимания "правоохранителей" попали уже совсем другие реплики. Оскорблений или клеветы они не содержали - но зато были весьма критичны насчет нынешней действительности и властных органов. А нередко и доказательны. Писали их, как правило, не заядлые члены радикальных движений - а обычные граждане, как правило с высшим образованием и владеющие словом. И, явно проигрывая словесный спор, власть применила "запрещенный прием" из позапрошлого века.
Хронологически первым стал владимирский губернатор Николай Виноградов - причем даже не из критикуемых ныне "единороссов", а… коммунист. Ему очень не понравилось, что на местном форуме народ всерьез обсуждал, как хорошо он правит регионом и может ли Кремль его за это дело снять. Потому в конце января 2006 года он накатал заявления во все силовые конторы (включая ФСБ), требуя привлечь пятерых форумистов за… клевету в свой адрес. Выбор обвинения явно не случаен - из возможных вариантов только эта статья предусматривала реальный срок. Однако губернаторским иллюзиям не суждено было сбыться - клевету во вполне цензурных и аргументированных постах обнаружить не удалось. Поэтому под удар попал только один из "пятерки смелых" - в постах которого (непонятно по отношению к кому) блуждали слова "тварь" и "сучара", что дало повод отнести их на губернаторский счет и натянуть на "оскорбление". Правда, экспертиза это "отнесение" не подтвердила. В настоящее время по делу вот уже восемь месяцев идет суд с неясными перспективами.
Такое впечатление, что владимирской "отмашки" дожидались другие регионы - посмотреть, пройдет эксперимент или нет. Сразу после возбуждения дела "ковровского форума" активность проявила барнаульская прокуратура. Ей не понравился пост под ником Bratka, высмеявший приказы Центра насчет "карикатурного скандала" - причем высмеивал этот Bratka с цитатами из аргентинских газет. Спешно было возбуждено уголовное дело по статье-преемнице сталинской 58-10 - "Возбуждение… вражды" (сейчас ее номер в кодексе 282). Правда, тут же оказалось, что «органы» интересовал не форумист - а информагентство, на сайте которого он опубликовал свой пост. Но закрыть СМИ по такому поводу (из-за одного чужого поста признать целое информагентство экстремистским) тогда не получилось - и краевой, и Верховный суды заняли однозначную позицию.
Оперативно "отработала" и прокуратура Новосибирска. Этим не понравилось мнение о российской истории украинского националиста и сына академика - например, утверждение о том, что русские могут вести себя как свиньи. Сие в мнении прокурорских потянуло все на ту же 282-ю статью УК, причем в поисках доказательств они даже не поленились исследовать полузабытое словечко "кацап" (так на Украине называли русских). Суд первой инстанции встал на сторону прокуратуры. Однако промелькнула информация, что при обжаловании аргументы обвинения якобы разбились в пух и прах, и осуждать человека пришлось заново (что, разумеется, и было сделано).
Далее дела все больше и больше начинали выглядеть юридическим курьезом. Ивановский журналист Рахманьков в своем "Курсиве" пронаблюдал, как отзовутся на президентский призыв "плодиться и размножаться" - и пришел к выводу, что волю главы государства активно исполняют лошади Пржевальского. За это и за сатирический заголовок статьи местная прокуратура по своей инициативе возбудила дело по статье "Оскорбление представителя власти" - еще одной реинкарнации репрессивного прошлого (ее "предок" - статья 74.1 УК РСФСР - была отменена в эпоху гласности, то есть в 1989-м). Несмотря на явные провалы в доказательной базе (скажем, "православность" экспертизы в светском государстве) и очевидную абсурдность самого обвинения, Рахманькова осудили. Естественно, журналист обжаловал приговор.
Еще один журналист - Михаил Афанасьев - занимался только региональными проблемами, но тоже попал "под раздачу". У него попытались… конфисковать Интернет-сайт, дабы не "смущал обчество". Правда, как это сделать, "органы" объяснить суду не смогли. Но своего добились - и только апелляционная инстанция указала на явный абсурд, вернув правозащитнику право распоряжаться своим ресурсом.
"Универсальный кляп"
В общем, чем ближе к магической цифре "2008", тем больше проявлялся противозаконный интерес к критике власть имущих в Сети. И тем чаще он приобретал такие формы, что честные юристы в лучшем случае только с изумлением разводили руками. Наиболее страшным оружием "власти" стало неожиданное дополнение к статье за "разжигание розни" - здесь нынешний законодатель перещеголял даже "тоталитарный" Союз. Суть в том, что в статье 282 - по сравнению с советским аналогом - помимо национальной и религиозной розни, появились "унижение достоинства" и… рознь социальная. Это настолько широко трактуемые (точнее, не имеющие трактовки) понятия, что позволяют "взять за цугундер" каждого первого. Чем, собственно, российские "правоохранители" и занялись - и начали, разумеется, с защиты от критики себя любимых.
Как давно известно, любят себя только они сами - в народе отношение к милиции крайне негативное, и Левада-центр с завидным постоянством публикует такие данные опросов. Почему оно негативное - тоже давно известно, и виноваты в этом только сами правоохранители - благодаря тем массовым нарушениям законности, которые они широко практикуют (от мелких подтасовок до преследования невиновных и самых настоящих пыток). А главное препятствие на пути милицейского произвола - это именно гласность. Обнародование преступлений и публичные исследования причин нарушений законности, наказание виновных и качественная "работа над ошибками". И общество продемонстрировало свою силу и готовность достигать этих целей - начиная с акций в поддержку "безвинно осужденного" Щербинского и кончая "Маршами несогласных". Но вместо того, чтобы учиться жить в правовом государстве, в ответ милиция начала массово "прессовать" тех, кому она не нравится. Например, срыв питерской акции автомобилистов "против милицейского произвола" достоин уголовного дела с множеством обвиняемых из числа гаишников - доказательства лежат все в том же Интернете.
Если предыдущие дела были относительными цветочками, то ягодка - made in 1937 - выросла весной этого года. Известный в республике Коми музыкант, анализируя явление милицейского произвола, написал в блоге, что причина его лежит в крайне низком уровне образования "правоохранителей" и в том, что туда попадают худшие представители общества. А заодно предложил способ "лечения проблемы" - публичные казни нарушивших закон (как он выразился, "неверных") стражей порядка. В ответ "правоохранители"… возбудили против автора уголовное дело.
Абсурден уже сам этот факт. Но еще более абсурдным оказалось предъявленное обвинение. Наверное, сыктывкарским прокурорским пришлось немало полистать Уголовный кодекс и "попришивать" неприятные реплики к разным статьям. В итоге они остановились на том, что своим мнением блогер… разжег социальную рознь! Дескать, сотрудники милиции являются отдельной "социальной группой по профессиональному признаку", чье достоинство прямо унизил и к кому активно возбуждал вражду злобный музыкант. Как говорится, вот это идея - в стиле незабвенного Андрея Януарьевича, который в разгар предвоенных репрессий имел честь руководить Генеральной прокуратурой.
"Разбор полета"
Немало изумлен был не только сам блогер, но и все русскоязычное ЖЖ-сообщество - аналогичный шок они испытывали, пожалуй, только по делу "ковровского форума" (ибо оно было вообще первым). Мало-мальски смыслящие в законах граждане, не говоря уже о правозащитниках, высказывали убеждение, что дело "развалится" на стадии следствия - ибо подобное обвинение просто не может быть объективно доказано "по определению".
Поскольку дело, возникшее в Коми, несомненно знаковое для российской Сети и гражданских свобод, есть смысл посмотреть аргументацию прокуратуры поподробнее. Собственно, вообще непонятно, что в злополучном посте можно квалифицировать как "возбуждение вражды" или "унижение достоинства". Утверждение, что "в менты идут… самые тупые и необразованные представители жив(отн)ого мира"? Так вид Homo sapiens и относится биологически к Царству животных, что известно любому мало-мальски образованному школяру класса этак с седьмого. Подтверждается любым учебником зоологии.
Уровень образованности сотрудников милиции - к сожалению, тоже констатация факта. Если, например, австрийский или люксембургский полицейский прекрасно говорит на английском (а люксембургский коп вообще обязан знать три языка), то ожидать знания иностранных языков от российского милиционера по меньшей мере смешно. Несмотря на то, что юриспруденция - одна из сложнейших областей гуманитарного знания, для службы в милиции по-прежнему не требуется хоть какого-нибудь высшего образования (хотя языки и диплом вуза сейчас нужны даже секретарше). Любое объявление о приеме на работу в милицию из вагонов метро вам это подтвердит. Аудиозаписи милицейских переговоров с "Маршей несогласных" (как отмечает "Новая газета") кишат такой нецензурщиной, что их даже в суде стыдно включить - а подобная лексика имеет явно не университетское происхождение. Некоторые психологи, между прочим, считают матерщину компенсацией физической и сексуальной слабости…
Еще одно давно сделанное многими наблюдение - большинство милиционеров не знают даже формулировки из тех законов, которые составляют основу их деятельности. Попробуйте произнести офицеру ДПС фразу "достаточные основания для направления на медосвидетельствование на предмет алкогольного опьянения" - у автора статьи в ходе одной из журналистских акций гаишники не могли ее даже повторить (и стали "антигероями" запросов в прокуратуру по факту массового превышения полномочий). О чем тут можно говорить, если даже генерал МВД (!) пожелал обвинить автора детектива (по совместительству - известного адвоката) в… клевете на юридическое лицо (!) в художественном произведении (!). Хотя любой второкурсник юрфака знает, что клевета - это "заведомо ложные утверждения или факты, порочащие честь, достоинство и деловую репутацию конкретного физического лица". А защита деловой репутации юрлица возможна лишь в гражданском процессе, где бремя доказывания ляжет уже на это самое юрлицо.
Идем далее по посту. Там предлагается "сжигать по неверному менту". Сразу обращает на себя внимание то, что автор уточнил: не каждого "мента" сжигать, а только "неверного". То есть - если исследовать слово "неверный" по "классическим" словарям Ожегова и Ушакова - "мента", отступившего от правил и служебного долга. Что значит - "правоохранителя", совершившего преступление или должностной проступок. Упоминается в посте и "церемониальность", которая сама по себе исключает самосуд. Вот тут и выясняется, что, по сути, автор скандального поста выступает за ужесточение ответственности преступивших закон сотрудников милиции перед носителем власти в Российской Федерации - народом. И что, пардон, в этом криминального?
По мнению сыктывкарской прокуратуры, в ЖЖ-записи содержится призыв "очищать общество от ментовско-гопотской грязи". В действительности фраза звучала так: "Это было бы первым шагом к очищению общества от ментовско-гопотской грязи". Как можно видеть, побудительного призыва что-то очищать (по правилам русского языка) здесь нет - просто рассуждение и предположение, что идея автора могла бы стать частью некоего процесса. Определение "гопоты" дал сам автор поста - как "тупых, необразованных представителей", а про необразованность милиционеров говорилось выше.
В результате от абсурдного обвинения не остается ничего - даже без уточнения вопроса, можно ли считать сотрудников милиции социальной группой. Остаются лишь доказываемые фактами утверждения, которые даже в худшем случае квалифицируются как "добросовестное заблуждение". А за правду, как говорится, не судят. Другое дело, что все это тут же должен был увидеть проверявший милицейскую "слезницу" прокурор - и тут же отказать в возбуждении уголовного дела.
Крайняя опасность
Здравомыслящие наблюдатели вполне логично полагали, что анекдотичное дело отправится в архив на стадии следствия - ибо "повод для применения УК очевидно абсурден". Когда же сыктывкарская прокуратура, нимало не смутившись, предъявила за подобный пост обвинение, специалисты были растеряны. Такого в правовом государстве просто быть не могло, потому что - говоря языком классики - не может быть никогда.
Юрист Андрей Миронов, опрошенный "Газетой.Ру", высказал три версии столь сомнительного усердия прокуратуры: политический заказ, стремление "поставить галочку" в показателях работы и "чрезмерное рвение". Последнее выражение конкретизировал небезызвестный Антон Носик - личная месть "правоохранителей" за неприязненное к ним отношение. "Здесь признаки персональной мести уездного начальства, точнее управления "К" Республики Коми, в адрес человека, который нелестно высказался об этом управлении", - считает он. Пока - в силу очевидной странности обвинения - и юрист, и шеф блог-службы надеются на здравомыслие суда, который "скорее всего снимет все обвинения".
Правозащитники же не столь оптимистичны - в их глазах "дело Терентьева" есть не что иное, как "первая ласточка" задавливания свободы слова в русскоязычных Интернет-блогах с игнорированием здравого смысла и законности. Как заявил прессе руководитель Фонда защиты гласности Алексей Симонов, у него "возникло ощущение крайней опасности такого обвинения". В первую очередь потому, что речь идет о дневнике, где человек вправе высказывать свою точку зрения. Фактически же, получается, ему запретили критиковать "правоохранительные" органы за нарушение ими законности. И, по мнению депутата Госдумы Геннадия Гудкова, такое становится нормой - сейчас "любая критика может стать поводом для уголовного преследования".
Интересно, что российская прокуратура отказалась сотрудничать с эстонцами в совершенно аналогичном, но более обоснованном деле - в привлечении к ответу блогера, призывавшего свергать власть в Эстонии. Эстонцы возбудили уголовное дело и попросили Россию о содействии, но Генпрокуратура ответила, что действия этого блогера "ненаказуемы по российскому закону". Выглядит ситуация аналогичной анекдоту про право выйти на Красную площадь и кричать "Долой президента США"…
А вот реакция Интернет-юзеров на сыктывкарское рвение определилась сразу же. Послуживший поводом для возбуждения дела пост был мгновенно растиражирован и вышел на тысяче сетевых "площадок". Комментарии в блогах и форумах, а также к газетным статьям о событии, тоже ничего хорошего для сыктывкарских "преемников Вышинского" не содержат - там почти однозначно высмеивается поступок прокуратуры. Как юстиция места, куда у Стругацких "упекли пророка", планирует пресекать сие явление - мало понятно, ибо "рубильник от Сети" находится точно не в Коми…
"Думай, что пишешь"?
После каждого подобного дела сетевая общественность вновь и вновь поднимает на поверхность вопрос о стремлении властей ввести цензуру в Сети. Некоторые даже заявляют, что эта цензура де-факто введена, а дела по "мыслепреступлениям" - элементы ее работы. Причем больше всего эти слухи подпитываются… выступлениями и инициативами представителей официальной власти.
На российской прокуратуре "интернетчики" уже давно и прочно "поставили крест". Именно из этого ведомства раздавались наиболее четко выраженные идеи контролировать контент Сети. Например, на встрече по защите детей от агрессивного контента, прошедшей в Совете Федерации, представительница "генпрокуратурного" НИИ обозвала свободы в Интернете "мифами, с которыми надо бороться" - причем государство просто обязано "вести контроль за информационной средой". Позднее эту же самую идею озвучивает целый замгенпрокурора - дескать, необходимо "ввести государственный контроль за Интернетом". А вот на местах - например, в уже "знаменитом" Сыктывкаре - прокурорский выражается проще: "замусорили, дескать, все эти интернеты"…
Министерство печати занимает намного более взвешенную позицию. Как многократно подчеркивали на Интернет-мероприятиях его представители, цель государственных мероприятий - способствовать созданию действенного механизма САМОрегулирования Сети - то есть разрешения проблемных вопросов без участия государства. Структуры саморегулирования могли бы строиться по принципу "сетевого авторитета" и служить мерилом этики в Рунете. Причем - в понимании как "минпечатевцев", так и значительной части "сетевиков" - эта этика вряд ли должна отличаться от этики общения в реальном мире. Ибо нет никаких объяснений для того, почему "деточку" в Интернете можно посылать на известные буквы, а "в реале" нельзя.
Но рассуждения рассуждениями, а уголовное дело против блогера - реальность. И поскольку оно не одно, Сеть воспринимает государство как противника и ищет способы отстаивания своих прав и свобод. Не исключено, что будут разрабатываться новые сервисы, позволяющие избежать некоторых тоталитарных ловушек - например, робот-публикатор, который за рубежом будет размещать посланные по "мылу" посты. От прямого произвола такие хитрости, конечно, не спасут - но если до этого дойдет, то помочь не сможет ни один законный способ. Столь пессимистический сценарий для значительной части авторов - уже не строчки из Оруэлла, а дело недалекого и вполне реального будущего. Так что в Рунете традиционный лозунг "Напиши, что ты думаешь" подменился "более актуальным": "Думай, что пишешь".
Урван ПАРФЕНТЬЕВ
http://www.content-filtering.ru/catalog.asp?ob_no=3751
через http://community.livejournal.com/ru_282/78045.html
"До позапрошлого года у российских «правоохранителей» хватало ума в Интернет со своим уставом не соваться. Крайне отрицательная реакция сетевого сообщества на подобные вмешательства и, самое главное, необходимость полного соблюдения буквы закона в доказывании, делала уголовные дела «про Сеть» бесперспективными – любое сомнение толкуется в пользу подсудимого, а сомнений таких в делах тьма. Ибо невозможно стопроцентно доказать, что именно в это время за этим компьютером сидел именно этот человек – если, конечно, его не засняла при этом видеокамера. Одни наши хакеры, способные подделать любой IP и «врезаться» в телефонную сеть, чего стоят в разрушении доказательной базы. Да и юридические проблемы местонахождения контента были не менее серьезны – как, например, было быть с ЖЖ, сервера которого находятся в США?
...
Однако с 2006 года в орбиту внимания «правоохранителей» попали уже совсем другие реплики. Оскорблений или клеветы они не содержали – но зато были весьма критичны насчет нынешней действительности и властных органов. А нередко и доказательны. Писали их, как правило, не заядлые члены радикальных движений – а обычные граждане, как правило с высшим образованием и владеющие словом. И, явно проигрывая словесный спор, власть применила «запрещенный прием» из позапрошлого века."
Рунет: с новым 1937 годом?
Как шутили юмористы времен перестройки, гласность - это право сказать начальнику, что "он козел". В том числе и самому высшему начальству. А поскольку цифра 1937 на Руси уже стала нарицательной, право на критику власти - основную часть свободы слова - россияне стали активно реализовывать в Интернете. На всякий случай, ввиду его "страхующих факторов" - относительной анонимности и абсолютной глобальности. Поэтому в период демократизации Сеть и получила одно из своих "вторых имен" - "территория свободы".
Именно свобода слова в Интернете последние двадцать лет доставляла основную головную боль недемократичным режимам и чиновникам - ибо бороться со словом в виртуале намного сложнее, чем закрывать типографии и глушить "вражьи голоса". Сайт, открытый за рубежом, местным "цензорам в погонах" неподвластен. Да и по внутренним процессуальным законам "сшить" дело было сложновато - возникали нюансы с достоверностью доказательств и пониманием действий. А потому, за сложностью посадки в тюрьмы и психушки "глобализованных" интернетчиков, авторитарные и тоталитарные режимы вынуждены были выкручиваться как-то иначе.
Пути здесь у каждого были свои. Китай, например, сделал "Великий файрволл" - мегафильтр, отсекающий все "идейно неправильные" веб-страницы. Северная Корея вообще "отрубила" Интернет, создав внутри страны некий его аналог. Россия же, не имея денег на первый вариант и сознавая невозможность второго, пошла по третьему варианту - старому салтыково-щедринскому "Ташши и не пушшай". Проще говоря, у нас по исторической традиции Корпуса жандармов и НКВД стали возбуждать уголовные дела за Интернет-высказывания с критикой власти. Как показывает практика, часто жертвуя при этом процессуальной законностью - что вызвало справедливые опасения "интернетизированной" части нашего общества, которой вспомнился андроповский анекдот про оговорку телеведущего - "С Новым 1937 годом".
"Тебя посодют, а ты не пиши"
До позапрошлого года у российских "правоохранителей" хватало ума в Интернет со своим уставом не соваться. Крайне отрицательная реакция сетевого сообщества на подобные вмешательства и, самое главное, необходимость полного соблюдения буквы закона в доказывании, делала уголовные дела "про Сеть" бесперспективными - любое сомнение толкуется в пользу подсудимого, а сомнений таких в делах тьма. Ибо невозможно стопроцентно доказать, что именно в это время за этим компьютером сидел именно этот человек - если, конечно, его не засняла при этом видеокамера. Одни наши хакеры, способные подделать любой IP и "врезаться" в телефонную сеть, чего стоят в разрушении доказательной базы. Да и юридические проблемы местонахождения контента были не менее серьезны - как, например, было быть с ЖЖ, сервера которого находятся в США?
Однако - с уменьшением возможностей высказаться "в реале" и ростом недовольства в обществе - число "несогласных" в Сети стало множиться. До такой степени, что отдельные силу имущие, в связи с приближением выборов, решили на всякий пожарный исключить случайности. И, без прежней заморочки процессуальными вопросами (а иногда даже здравым смыслом), в стране начали "печься" уголовные дела за критические рассуждения в Интернете - вполне в сталинско-брежневском духе.
Сначала в "группу риска" входили лишь радикалы внесистемной оппозиции - всяких НБП и АКМ. Например, нацбол Андрей Сковородников, матерно обругавший президента на своем сайте, получил в 2005 году полгода исправработ. С одной стороны, конечно, публичная персона на то и публичная, чтобы ее обсуждали - но с другой, ничего не мешало матерную дефиницию изложить цензурными словами.
Однако с 2006 года в орбиту внимания "правоохранителей" попали уже совсем другие реплики. Оскорблений или клеветы они не содержали - но зато были весьма критичны насчет нынешней действительности и властных органов. А нередко и доказательны. Писали их, как правило, не заядлые члены радикальных движений - а обычные граждане, как правило с высшим образованием и владеющие словом. И, явно проигрывая словесный спор, власть применила "запрещенный прием" из позапрошлого века.
Хронологически первым стал владимирский губернатор Николай Виноградов - причем даже не из критикуемых ныне "единороссов", а… коммунист. Ему очень не понравилось, что на местном форуме народ всерьез обсуждал, как хорошо он правит регионом и может ли Кремль его за это дело снять. Потому в конце января 2006 года он накатал заявления во все силовые конторы (включая ФСБ), требуя привлечь пятерых форумистов за… клевету в свой адрес. Выбор обвинения явно не случаен - из возможных вариантов только эта статья предусматривала реальный срок. Однако губернаторским иллюзиям не суждено было сбыться - клевету во вполне цензурных и аргументированных постах обнаружить не удалось. Поэтому под удар попал только один из "пятерки смелых" - в постах которого (непонятно по отношению к кому) блуждали слова "тварь" и "сучара", что дало повод отнести их на губернаторский счет и натянуть на "оскорбление". Правда, экспертиза это "отнесение" не подтвердила. В настоящее время по делу вот уже восемь месяцев идет суд с неясными перспективами.
Такое впечатление, что владимирской "отмашки" дожидались другие регионы - посмотреть, пройдет эксперимент или нет. Сразу после возбуждения дела "ковровского форума" активность проявила барнаульская прокуратура. Ей не понравился пост под ником Bratka, высмеявший приказы Центра насчет "карикатурного скандала" - причем высмеивал этот Bratka с цитатами из аргентинских газет. Спешно было возбуждено уголовное дело по статье-преемнице сталинской 58-10 - "Возбуждение… вражды" (сейчас ее номер в кодексе 282). Правда, тут же оказалось, что «органы» интересовал не форумист - а информагентство, на сайте которого он опубликовал свой пост. Но закрыть СМИ по такому поводу (из-за одного чужого поста признать целое информагентство экстремистским) тогда не получилось - и краевой, и Верховный суды заняли однозначную позицию.
Оперативно "отработала" и прокуратура Новосибирска. Этим не понравилось мнение о российской истории украинского националиста и сына академика - например, утверждение о том, что русские могут вести себя как свиньи. Сие в мнении прокурорских потянуло все на ту же 282-ю статью УК, причем в поисках доказательств они даже не поленились исследовать полузабытое словечко "кацап" (так на Украине называли русских). Суд первой инстанции встал на сторону прокуратуры. Однако промелькнула информация, что при обжаловании аргументы обвинения якобы разбились в пух и прах, и осуждать человека пришлось заново (что, разумеется, и было сделано).
Далее дела все больше и больше начинали выглядеть юридическим курьезом. Ивановский журналист Рахманьков в своем "Курсиве" пронаблюдал, как отзовутся на президентский призыв "плодиться и размножаться" - и пришел к выводу, что волю главы государства активно исполняют лошади Пржевальского. За это и за сатирический заголовок статьи местная прокуратура по своей инициативе возбудила дело по статье "Оскорбление представителя власти" - еще одной реинкарнации репрессивного прошлого (ее "предок" - статья 74.1 УК РСФСР - была отменена в эпоху гласности, то есть в 1989-м). Несмотря на явные провалы в доказательной базе (скажем, "православность" экспертизы в светском государстве) и очевидную абсурдность самого обвинения, Рахманькова осудили. Естественно, журналист обжаловал приговор.
Еще один журналист - Михаил Афанасьев - занимался только региональными проблемами, но тоже попал "под раздачу". У него попытались… конфисковать Интернет-сайт, дабы не "смущал обчество". Правда, как это сделать, "органы" объяснить суду не смогли. Но своего добились - и только апелляционная инстанция указала на явный абсурд, вернув правозащитнику право распоряжаться своим ресурсом.
"Универсальный кляп"
В общем, чем ближе к магической цифре "2008", тем больше проявлялся противозаконный интерес к критике власть имущих в Сети. И тем чаще он приобретал такие формы, что честные юристы в лучшем случае только с изумлением разводили руками. Наиболее страшным оружием "власти" стало неожиданное дополнение к статье за "разжигание розни" - здесь нынешний законодатель перещеголял даже "тоталитарный" Союз. Суть в том, что в статье 282 - по сравнению с советским аналогом - помимо национальной и религиозной розни, появились "унижение достоинства" и… рознь социальная. Это настолько широко трактуемые (точнее, не имеющие трактовки) понятия, что позволяют "взять за цугундер" каждого первого. Чем, собственно, российские "правоохранители" и занялись - и начали, разумеется, с защиты от критики себя любимых.
Как давно известно, любят себя только они сами - в народе отношение к милиции крайне негативное, и Левада-центр с завидным постоянством публикует такие данные опросов. Почему оно негативное - тоже давно известно, и виноваты в этом только сами правоохранители - благодаря тем массовым нарушениям законности, которые они широко практикуют (от мелких подтасовок до преследования невиновных и самых настоящих пыток). А главное препятствие на пути милицейского произвола - это именно гласность. Обнародование преступлений и публичные исследования причин нарушений законности, наказание виновных и качественная "работа над ошибками". И общество продемонстрировало свою силу и готовность достигать этих целей - начиная с акций в поддержку "безвинно осужденного" Щербинского и кончая "Маршами несогласных". Но вместо того, чтобы учиться жить в правовом государстве, в ответ милиция начала массово "прессовать" тех, кому она не нравится. Например, срыв питерской акции автомобилистов "против милицейского произвола" достоин уголовного дела с множеством обвиняемых из числа гаишников - доказательства лежат все в том же Интернете.
Если предыдущие дела были относительными цветочками, то ягодка - made in 1937 - выросла весной этого года. Известный в республике Коми музыкант, анализируя явление милицейского произвола, написал в блоге, что причина его лежит в крайне низком уровне образования "правоохранителей" и в том, что туда попадают худшие представители общества. А заодно предложил способ "лечения проблемы" - публичные казни нарушивших закон (как он выразился, "неверных") стражей порядка. В ответ "правоохранители"… возбудили против автора уголовное дело.
Абсурден уже сам этот факт. Но еще более абсурдным оказалось предъявленное обвинение. Наверное, сыктывкарским прокурорским пришлось немало полистать Уголовный кодекс и "попришивать" неприятные реплики к разным статьям. В итоге они остановились на том, что своим мнением блогер… разжег социальную рознь! Дескать, сотрудники милиции являются отдельной "социальной группой по профессиональному признаку", чье достоинство прямо унизил и к кому активно возбуждал вражду злобный музыкант. Как говорится, вот это идея - в стиле незабвенного Андрея Януарьевича, который в разгар предвоенных репрессий имел честь руководить Генеральной прокуратурой.
"Разбор полета"
Немало изумлен был не только сам блогер, но и все русскоязычное ЖЖ-сообщество - аналогичный шок они испытывали, пожалуй, только по делу "ковровского форума" (ибо оно было вообще первым). Мало-мальски смыслящие в законах граждане, не говоря уже о правозащитниках, высказывали убеждение, что дело "развалится" на стадии следствия - ибо подобное обвинение просто не может быть объективно доказано "по определению".
Поскольку дело, возникшее в Коми, несомненно знаковое для российской Сети и гражданских свобод, есть смысл посмотреть аргументацию прокуратуры поподробнее. Собственно, вообще непонятно, что в злополучном посте можно квалифицировать как "возбуждение вражды" или "унижение достоинства". Утверждение, что "в менты идут… самые тупые и необразованные представители жив(отн)ого мира"? Так вид Homo sapiens и относится биологически к Царству животных, что известно любому мало-мальски образованному школяру класса этак с седьмого. Подтверждается любым учебником зоологии.
Уровень образованности сотрудников милиции - к сожалению, тоже констатация факта. Если, например, австрийский или люксембургский полицейский прекрасно говорит на английском (а люксембургский коп вообще обязан знать три языка), то ожидать знания иностранных языков от российского милиционера по меньшей мере смешно. Несмотря на то, что юриспруденция - одна из сложнейших областей гуманитарного знания, для службы в милиции по-прежнему не требуется хоть какого-нибудь высшего образования (хотя языки и диплом вуза сейчас нужны даже секретарше). Любое объявление о приеме на работу в милицию из вагонов метро вам это подтвердит. Аудиозаписи милицейских переговоров с "Маршей несогласных" (как отмечает "Новая газета") кишат такой нецензурщиной, что их даже в суде стыдно включить - а подобная лексика имеет явно не университетское происхождение. Некоторые психологи, между прочим, считают матерщину компенсацией физической и сексуальной слабости…
Еще одно давно сделанное многими наблюдение - большинство милиционеров не знают даже формулировки из тех законов, которые составляют основу их деятельности. Попробуйте произнести офицеру ДПС фразу "достаточные основания для направления на медосвидетельствование на предмет алкогольного опьянения" - у автора статьи в ходе одной из журналистских акций гаишники не могли ее даже повторить (и стали "антигероями" запросов в прокуратуру по факту массового превышения полномочий). О чем тут можно говорить, если даже генерал МВД (!) пожелал обвинить автора детектива (по совместительству - известного адвоката) в… клевете на юридическое лицо (!) в художественном произведении (!). Хотя любой второкурсник юрфака знает, что клевета - это "заведомо ложные утверждения или факты, порочащие честь, достоинство и деловую репутацию конкретного физического лица". А защита деловой репутации юрлица возможна лишь в гражданском процессе, где бремя доказывания ляжет уже на это самое юрлицо.
Идем далее по посту. Там предлагается "сжигать по неверному менту". Сразу обращает на себя внимание то, что автор уточнил: не каждого "мента" сжигать, а только "неверного". То есть - если исследовать слово "неверный" по "классическим" словарям Ожегова и Ушакова - "мента", отступившего от правил и служебного долга. Что значит - "правоохранителя", совершившего преступление или должностной проступок. Упоминается в посте и "церемониальность", которая сама по себе исключает самосуд. Вот тут и выясняется, что, по сути, автор скандального поста выступает за ужесточение ответственности преступивших закон сотрудников милиции перед носителем власти в Российской Федерации - народом. И что, пардон, в этом криминального?
По мнению сыктывкарской прокуратуры, в ЖЖ-записи содержится призыв "очищать общество от ментовско-гопотской грязи". В действительности фраза звучала так: "Это было бы первым шагом к очищению общества от ментовско-гопотской грязи". Как можно видеть, побудительного призыва что-то очищать (по правилам русского языка) здесь нет - просто рассуждение и предположение, что идея автора могла бы стать частью некоего процесса. Определение "гопоты" дал сам автор поста - как "тупых, необразованных представителей", а про необразованность милиционеров говорилось выше.
В результате от абсурдного обвинения не остается ничего - даже без уточнения вопроса, можно ли считать сотрудников милиции социальной группой. Остаются лишь доказываемые фактами утверждения, которые даже в худшем случае квалифицируются как "добросовестное заблуждение". А за правду, как говорится, не судят. Другое дело, что все это тут же должен был увидеть проверявший милицейскую "слезницу" прокурор - и тут же отказать в возбуждении уголовного дела.
Крайняя опасность
Здравомыслящие наблюдатели вполне логично полагали, что анекдотичное дело отправится в архив на стадии следствия - ибо "повод для применения УК очевидно абсурден". Когда же сыктывкарская прокуратура, нимало не смутившись, предъявила за подобный пост обвинение, специалисты были растеряны. Такого в правовом государстве просто быть не могло, потому что - говоря языком классики - не может быть никогда.
Юрист Андрей Миронов, опрошенный "Газетой.Ру", высказал три версии столь сомнительного усердия прокуратуры: политический заказ, стремление "поставить галочку" в показателях работы и "чрезмерное рвение". Последнее выражение конкретизировал небезызвестный Антон Носик - личная месть "правоохранителей" за неприязненное к ним отношение. "Здесь признаки персональной мести уездного начальства, точнее управления "К" Республики Коми, в адрес человека, который нелестно высказался об этом управлении", - считает он. Пока - в силу очевидной странности обвинения - и юрист, и шеф блог-службы надеются на здравомыслие суда, который "скорее всего снимет все обвинения".
Правозащитники же не столь оптимистичны - в их глазах "дело Терентьева" есть не что иное, как "первая ласточка" задавливания свободы слова в русскоязычных Интернет-блогах с игнорированием здравого смысла и законности. Как заявил прессе руководитель Фонда защиты гласности Алексей Симонов, у него "возникло ощущение крайней опасности такого обвинения". В первую очередь потому, что речь идет о дневнике, где человек вправе высказывать свою точку зрения. Фактически же, получается, ему запретили критиковать "правоохранительные" органы за нарушение ими законности. И, по мнению депутата Госдумы Геннадия Гудкова, такое становится нормой - сейчас "любая критика может стать поводом для уголовного преследования".
Интересно, что российская прокуратура отказалась сотрудничать с эстонцами в совершенно аналогичном, но более обоснованном деле - в привлечении к ответу блогера, призывавшего свергать власть в Эстонии. Эстонцы возбудили уголовное дело и попросили Россию о содействии, но Генпрокуратура ответила, что действия этого блогера "ненаказуемы по российскому закону". Выглядит ситуация аналогичной анекдоту про право выйти на Красную площадь и кричать "Долой президента США"…
А вот реакция Интернет-юзеров на сыктывкарское рвение определилась сразу же. Послуживший поводом для возбуждения дела пост был мгновенно растиражирован и вышел на тысяче сетевых "площадок". Комментарии в блогах и форумах, а также к газетным статьям о событии, тоже ничего хорошего для сыктывкарских "преемников Вышинского" не содержат - там почти однозначно высмеивается поступок прокуратуры. Как юстиция места, куда у Стругацких "упекли пророка", планирует пресекать сие явление - мало понятно, ибо "рубильник от Сети" находится точно не в Коми…
"Думай, что пишешь"?
После каждого подобного дела сетевая общественность вновь и вновь поднимает на поверхность вопрос о стремлении властей ввести цензуру в Сети. Некоторые даже заявляют, что эта цензура де-факто введена, а дела по "мыслепреступлениям" - элементы ее работы. Причем больше всего эти слухи подпитываются… выступлениями и инициативами представителей официальной власти.
На российской прокуратуре "интернетчики" уже давно и прочно "поставили крест". Именно из этого ведомства раздавались наиболее четко выраженные идеи контролировать контент Сети. Например, на встрече по защите детей от агрессивного контента, прошедшей в Совете Федерации, представительница "генпрокуратурного" НИИ обозвала свободы в Интернете "мифами, с которыми надо бороться" - причем государство просто обязано "вести контроль за информационной средой". Позднее эту же самую идею озвучивает целый замгенпрокурора - дескать, необходимо "ввести государственный контроль за Интернетом". А вот на местах - например, в уже "знаменитом" Сыктывкаре - прокурорский выражается проще: "замусорили, дескать, все эти интернеты"…
Министерство печати занимает намного более взвешенную позицию. Как многократно подчеркивали на Интернет-мероприятиях его представители, цель государственных мероприятий - способствовать созданию действенного механизма САМОрегулирования Сети - то есть разрешения проблемных вопросов без участия государства. Структуры саморегулирования могли бы строиться по принципу "сетевого авторитета" и служить мерилом этики в Рунете. Причем - в понимании как "минпечатевцев", так и значительной части "сетевиков" - эта этика вряд ли должна отличаться от этики общения в реальном мире. Ибо нет никаких объяснений для того, почему "деточку" в Интернете можно посылать на известные буквы, а "в реале" нельзя.
Но рассуждения рассуждениями, а уголовное дело против блогера - реальность. И поскольку оно не одно, Сеть воспринимает государство как противника и ищет способы отстаивания своих прав и свобод. Не исключено, что будут разрабатываться новые сервисы, позволяющие избежать некоторых тоталитарных ловушек - например, робот-публикатор, который за рубежом будет размещать посланные по "мылу" посты. От прямого произвола такие хитрости, конечно, не спасут - но если до этого дойдет, то помочь не сможет ни один законный способ. Столь пессимистический сценарий для значительной части авторов - уже не строчки из Оруэлла, а дело недалекого и вполне реального будущего. Так что в Рунете традиционный лозунг "Напиши, что ты думаешь" подменился "более актуальным": "Думай, что пишешь".
Урван ПАРФЕНТЬЕВ
через http://community.livejournal.com/ru_282/78045.html
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
no subject
Date: 2008-04-26 08:05 am (UTC)Погоди, не соображу, кто из тех, о ком Ты говорила, является добровольцем.
Неужели Шаман?!
Ну вот такая фигня, да:( И делать с ней совершенно непонятно, что:(
no subject
Date: 2008-04-26 03:10 pm (UTC)no subject
Date: 2008-04-26 10:01 pm (UTC)