(no subject)

[sulerin]

"Кин-дза-дза": вариант развития событий

От m_klimentyev

"Толстомордый милицейский капитан старательно увещевал митингующих.
- Граждане! Ваша акция согласована, при условии, что выступать вы будете в клетке! Вы же не где-нибудь, вы перед Домом Правительства!
Позади капитана, сопя, толпились «космонавты» - омоновцы в шлемах-сферах, державшие в руках дубинки. Поодаль стоял шатер патриотической молодежи, откуда ребята в одинаковых курточках что-то кричали про сборище вражеских наймитов. Капитан продолжал свою речь.
- Стоя можно только там, - неопределенно махнул он в сторону, - А здесь только на коленях. На колени, уважаемые граждане, на колени!
Граждане, не желая провоцировать силы правопорядка, забрались в клетку, опустились на колени и затянули жалобными голосами песню:
Мама, мама, что я буду делать?!
Мама, мама, как я буду жить?!
У меня нет теплого пальтишки!
У меня нет зимнего пальта!
Скрипач и его не то подчиненный, не то начальник Дядя Вова задумчиво смотрели на акцию из окна Дома Правительства.
- Это что за обезьяны? – зевая, спросил Дядя Вова.
- Да типа акция протеста. Против повышения тарифов ЖКХ. Кому платить нечем, тем тепло отключают. А сейчас зима, холодно. Вот они и жалуются, что польт у них нет. Купить, говорят, не могут – кризис, денег нет. Может, хотят, чтобы мы помогли.
На лице Дяди Вовы возникло раздраженно-брезгливое выражение.
- Что за хрень? Что значит помочь им? Пора им избавляться от этих патерналистских ожиданий! Давно пора.
- Совершенно верно, Владимир Владимирович.
- И что значит платить нечем? Давно пора за долги привлекать к уголовной ответственности! – впадал в ярость Дядя Вова, - Я вам покажу денег нет! Я к вам пришлю доктора, сразу деньги найдутся! Почему меры не предпринимаются? Посадок не вижу!
Скрипач почтительно выслушал, и мягко заметил:
- Владимир Владимирович, тут есть одна интересная сторона. Это не просто люди, а жители наукограда, который был организован Вашим указом. И если даже там проблемы с ЖКХ, люди мерзнут… Ну, вы понимаете. Нельзя давать материала оппозиции для критики.
- Да, блин. Нельзя, - Дядя Вова в задумчивости закусил губу, - А чем занимаются в этом наукограде?
- Как чем? Нанотехнологиями. Как вы указали.
- Да уж… Слышь, Скрипач. А как, кстати, успехи с нанотехнологиями? Как они справляются? Может, зря деньги проедают? Надо экономить бюджет. Может, пора уже разогнать их, тунеядцев, чтоб не митинговали?
- Да говорят, что есть результаты. Один мне докладывал, что машинку перемещения изобрели они там.
- Это как?
- Да вот так. Штуковина такая, с кнопочкой. На авторучку похожа, говорят. Нажал на кнопку – и в любую точку страны, за две секунды.
- Хрень какая-то. Не может такого быть, - не поверил Дядя Вова, - Скоро они там орать перестанут? Передай ОМОНу, чтоб ни секундой больше, и гнали их оттуда."


"Двадцать минут спустя Дядя Вова, гневно играя желваками, красовался в телекамере, прямо на фоне митинга.
- Это безобразие! – поставленным голосом говорил он, - Такого вообще не должно быть. Я дам поручение! Список мер! Срочно, сегодня же, я приказываю образовать рабочую группу. Разобраться! Докладывать лично мне! Скрипач!
- Да, Владимир Владимирович! – вздрогнул от неожиданности Скрипач, поглощенный созерцанием сидящих на проводах ворон.
- Я сейчас же ставлю на контроль ситуацию с ЖКХ в наногороде… Тьфу, в наукограде, то есть.
- Да-да-да…
- Вот, прямо передо мной, проект постановления правительства, - продолжал громыхать в камеру Дядя Вова, - Я подписываю его прямо здесь, смотрите. Ручку мне!
Из толпы митингующих кто-то протянул авторучку. Дядя Вова взял ее, еще раз поглядел в объектив, сделал грозное лицо, и нажал на ручке кнопку, чтобы выдвинуть стержень.

Вокруг было пусто. Ни митинга, ни телекамер, ни Дома Правительства, ни Москвы, ни вообще ничего – только голое пространство, покрытое снегом и грязью, продуваемое холодным ветром.
- Это что такое было? – потерянно бормотал Дядя Вова, - Это где я? Где все?
Он оглянулся, и увидел, что был не совсем один. Позади него в грязном сугробе
барахтался Скрипач.
- А я говорил тебе, Дядя Вова. Они машинку перемещения изобрели. Ты не по ручке, ты по ней щелкнул.
- Ты… Ты… Ты чего? Не может быть!
- Может, Дядя Вова, может.
- Это как мы? Это мы где? Че делать-то?
- А я не знаю, что теперь делать. Ты у нас антикризисный менеджер, ты и придумывай. Но учти, тут, похоже, ни телекамер, ни стабфонда под рукой у нас не будет.
- Стоп! Спокойно, Скрипач! Смотри!
Дядя Вова указал пальцем вдаль. Скрипач повернул голову. Вдали, на самом
горизонте, виднелись ржавые руины какого-то не то завода, не то склада. Справа, метрах в трехстах от Дяди Вовы и Скрипача, торчал из сугроба полусгнивший остов автомобиля, в котором невозможно было не узнать ВАЗ-2105. Дядя Вова сделал несколько шагов. Под ногой его что-то хрустнуло. Посмотрев вниз, Владимир Владимирович увидел раздавленный «баян» - шприц.
- Уф… - с облегчением выдохнул Дядя Вова, - Слава богу, дома. Россия! Скрипач, пошли, давай!
Скрипач послушно засеменил следом за другом. Владимир Владимирович только
сейчас обратил внимание на объемистый чемодан в его руке.
- Давай, помогу, - предложил Дядя Вова, и взял ношу из рук Скрипача, - О, какой тяжелый! Чего там у тебя, кирпичи?
- Ядерный чемоданчик."


"- Ку.
- Дядя Вова, что они хотят? – спросил, недоумевая, Скрипач.
- Ку они хотят.
Первый бомж открыл дверцу моторного отсека и зачем-то плюнул туда.
- Слышь, Скрипач, ты какие-нибудь иностранные языки знаешь? Спроси их.
- Ну, да. Ду ю спик инглиш?
- Ку-у-у? – прорычал опять низкорослый бомж.
- Шпрехен зи дойч?
- Ку, - ответил высокий, похлопал себя ладонью по макушке и поднял глаза кверху.
- Парле ву франс?
- Ку…
Скрипач обернулся к Дяде Вове.
- Владимир Владимирович, а может они и вправду…
- Да, типичные марсиане.
Дядя Вова еще раз поглядел на бомжей. Те не переставали таращиться. Владимир Владимирович отвел взгляд. Бестолковые спутники ему поднадоели, и он решил скоротать время чтением. В кармане была брошюра «План Путина», подаренная кем-то на работе в Доме Правительства. Дядя Вова раскрыл книжицу и хотел было приняться читать. Но тут Скрипач ткнул его локтем в бок. Владимир Владимирович поднял глаза и увидел, что оба бомжа внимательно смотрят на книжку, буквально пожирая ее глазами.
- Чего? – спросил Дядя Вова.
Высокий бомж вдруг упал на карачки, благоговейно корча лицо, подполз с нему, глянул на книжку.
- Ну, «План Путина», - сказал Владимир Владимирович, - Не слышал, что ли?
Бомж осмотрел книжку со всех сторон, кажется, даже обнюхал, потом заглянул внутрь. И, внезапно для Дяди Вовы, вырвал из нее страницу. Бережно держа ее в трясущихся руках, он поднес ее своему товарищу.
- КЦ… - благостным голосом прошептал высокий.
Низкорослый тоже осмотрел и обнюхал вырванную страницу.
- КЦ, - пробормотал он тоже, - КЦ!
Высокий бросился перед Владимиром Владимировичем на колени.
- КЦ… КЦ…
- Ну, на тебе еще, - сказал Дядя Вова, вырвал еще одну страницу и отдал бомжу.
- КЦ! КЦ! – возбужденно закричал тот.
Поднялся низкорослый.
- КЦ! – заявил он Дяде Вове, требовательно протянув руку.
Но Владимир Владимирович уже просек ситуацию.
- Нет, ты давай, нас в город доставь, а потом будет тебе КЦ."


"Как только аппарат взлетел вновь и взял новый курс, высокий бомж еще раз внимательно посмотрел на Дядю Вову.
- Владимир Владимирович, что ж ты, родной, тут по пустыне скачешь? – сказал вдруг он на чистейшем русском языке.
Ошарашенный Дядя Вова поднял глаза и уставился на бомжа. Скрипач был поражен не меньше. Замешательство длилось секунды, после чего Владимир Владимирович внушительно поднялся с места, и упер руки в бока.
- Та-а-к.., - произнес он, - Значит, русский язык знаем. Зачем понадобилось скрывать?
- Ты не горячись родной. Здесь режимная территория, сверхсекретный наукоград. Без одобрения контрразведки мы вступать в контакт ни с кем не можем. И для общения между собой у нас свой язык предусмотрен – «ку». Мы вас вообще вначале за иностранных шпионов приняли, и задержать хотели.
- А этот пацак говорит на языках, продолжения которых не знает! – указал пальцем на Скрипача низкорослый бомж.
Скрипач, глядя на Дядю Вову, тоже встал в позу.
- Значит, так. Мы из Москвы. Прибыли по культурному обмену. Наши знают, где мы. Ищут. Если вы…
Низкорослый бомж перебил его, не дав договорить.
- Скрипач, вместо того, чтобы думать, что ты первый еврейский космонавт, и тебе за это Нобелевскую премию дадут, ты лучше верни земли, которые ты у бедных грузинов отнял! Ну, чего уставился, маймуно деришвило?!
Скрипач от возмущения принялся молча хватать ртом воздух, не в силах что-либо
ответить.
- Что он сказал? – спросил Дядя Вова.
- Обезьяна, сын осла, - с трудом выдавил Скрипач, - По-грузински.
- А, так вы еще, значит, на вражеском языке тут выражаетесь, - разгневался Дядя Вова.
- Это операция принуждения к миру была! – обиженно всхлипнул Скрипач.
- Ладно! – оборвал неудобную тему Дядя Вова, - Ты скажи, зачем «План Путина» тебе?
Высокий бомж внимательно поглядел на него.
- Это же КЦ! Консервативные ценности. КЦ очень дорогое, родной.
- Две тысячи двести сорок три чатла, - хриплым голосом вставил низкорослый.
- Ценнее КЦ у нас нет ничего. Слушай, а у тебя их много?
- Да хватит, - пожал плечами Дядя Вова, - Только не здесь, в Москве."


"- Как-как? – переспросил Дядя Вова.
- Вот так, - пояснил Уэф, и проделал приседание снова.
- Я не понял. Будь добр, еще раз повтори, помедленнее.
Би, с выражением горестного неодобрения на лице, посмотрел на Дядю Вову.
- Владимир Владимирович, у тебя в Москве жена, собака водолазиха, домик за семь миллиардов зелени в Германии, фирма «Ганвор». А ты тут мозги пудришь… Плохо кончится, родной…"


"Внутрь Дядя Вова вошел один. Уэф остался ждать у входа. Спустившись по винтовой
лестнице, ведшей куда-то глубоко вниз, Владимир Владимирович прошел по коридору и оказался в каком-то мрачном, полутемном помещении. Оно чем-то отдаленно напоминало магазин, только очень ветхий и грязный. На полках стояли и тикали какие-то неведомые штуковины непонятного назначения. Дяде Вове стало не по себе.
- Муть нанотехнологическая, - поеживаясь, подумал он.
За стойкой, сохраняя дебильное выражение на лице, сидел лохматый амбал со
шрамом под глазом.
- Давай КЦ, получишь гравицаппу, - без приветствия начал он.
Голос амбала был равнодушным и бесцветным.
- Слушай, погоди, - сказал Дядя Вова, - У тебя жратва есть?
Оказавшись за пределами Дома Правительства, Владимир Владимирович был
вынужден сам заботиться о хлебе насущном.
- Каша, - сказал амбал.
- Какая?
- Пластиковая. С наночастицами.
- Калорийно?
- А то…
- Ладно. Давай гравицапу и каши.
- Давай КЦ.
Дядя Вова вытащил из кармана заранее приготовленную половину страницы из
брошюры «План Путина» и протянул амбалу.
- Это что? – спросил тот.
- Как что? КЦ.
- Надо проверять…
И тут Владимира Владимировича понесло. Пребывание в незнакомой местности, в компании малопонятных лиц, не спешащих оказывать ему привычные знаки почтения (а, напротив, записавших его в пацаки), и так основательно раздражало его. Но теперь последнюю каплю, переполнившую чашу терпения национального лидера, добавил вот этот невозмутимый дебил.
- Кого проверять?! – взорвался Дядя Вова, - Меня проверять?! Ты кто такой?! Ты хоть знаешь, кто перед тобой?!
Амбал не обнаружил на лице ни малейшей эмоции, а лишь лениво повернул голову к
Владимиру Владимировичу.
- Да я… Да я сам этот план придумал! – продолжал возмущаться Дядя Вова, - Это мое! Консервативные ценности! Я! Мой план! Если б не я, вашего КЦ бы вообще не было!
Выхватив из-за пазухи брошюрку, он в запальчивости швырнул «План Путина» на стол перед амбалом. Тот невозмутимо оглядел столь нежданно прилетевшее КЦ, взял в руки, не спеша, полистал. Потом встал, и направился к двери в соседнюю комнату.
- Щас.., - меланхолично бросил Дяде Вове амбал, - Подходи через полчаса.
Дверь за ним закрылась. Владимир Владимирович гордо подбоченился. Он вновь
ощутил себя всесильным вождем, национальным лидером, автором легендарного «Плана».

- Ну, и зараза же ты родной.., - разочарованно сказал Дяде Вове Би.
- Он хуже, - подытожил Уэф, - Он просто кю."


"- Привет! – радостно осклабился Дядя Вова, выходя навстречу, - Давненько не встречались.
- Пока! – бросил Би.
- Ты погоди, - сказал Владимир Владимирович, - Вот, что мы о вас сейчас думаем?
Уэф, раздраженно бросив свои причиндалы, подошел к нему.
- Чего тебе надо? Что ты привязался к нам? Совести у тебя нет!
- А у тебя есть?
- Мы бедные, несчастные, голодные артисты, - жалобно произнес Би, - Ну что мы вам плохого сделали, чего вы нас преследуете?
- А ну, дай свою бандуру сюда, - деловито сказал Дядя Вова, - Скрипач! Подь сюда! Барабанить будешь.
Дядя Вова взял рамку от телевизора, примерил ее к лицу, потом прокашлялся и
заорал:
- Стабильность и преемственность власти! Ку!
- Ку! – поддержал Скрипач.
- Наш курс будет продолжен! Ы-ы-ы-ы-ы!
- Дам-пи-ди-ди-ди-дам! – изобразил Скрипач звук барабана.
Двери лачуг задвигались. Бомжи высунулись наружу, изумленно глядя на пришельца
в телевизоре. Уэф и Би, сообразив, тут же пристроились рядом с Дядей Вовой и Скрипачом, и тоже начали петь и приседать.
- Удвоение ВВП будет достигнуто! Ку!
- Ку!
- Отдельные квартиры ветеранам к 2010 году! Ы-ы-ы-ы-ы!
- Ку!
- И-ку! И-ку! И-ку! И-ку! И-ку! И-ку! И-ы-ы-ы-ы!
Бомжи захлопали в восторге.
- Уровень доходов вырос на пять процентов! Ку! – продолжал базлать из телевизора Владимир Владимирович.
- Ку!
- Последствия кризиса преодолены!
- Ы-ы-ы-ы-ы!
- И-ку! И-ку! И-ку! И-ку! И-ку! И-ку! И-ы-ы-ы-ы!
Бомжи, взревев от восторга, принялись швырять артистам чатлы. Дядя Вова, не
вылезая из экрана, довольно улыбнулся."


"Перспектива провести остаток жизни в режимной зоне, да еще в статусе пацака, не радовала Владимира Владимировича. Но тут его осенила идея.
- А что, если.., - задумчиво сказал он.
- И не думай даже! – в голос заорали Уэф и Би, - За это пожизненный эцих с гвоздями!
Но Владимир Владимирович уже знал, чем можно склонить на свою сторону аборигенов.
- Даю еще пять коробок!
Уэф и Би вначале остолбенели, словно не веря своим ушам, потом отошли в сторону
и стали шепотом совещаться. Скрипач подошел к Дяде Вове.
- Владимир Владимирович, не пойдут они на это. Это ж экстремизм, мятеж против власти.
- Никуда они не денутся. Где экстремизм, где мятеж? Это на Украине оранжевый мятеж был, проплаченный Западом. А тут мы просто придем, и попросим господина ПЖ отдать нам машинку перемещения.
- А это законно?
- Конечно. Это как с «ЮКОСом», практически. Все совершенно законно.
- А эти согласятся?
- Согласятся."


"- Стрейнджерс он зе ку, у-у-у-у..., - тонким голоском пел Скрипач, сидя в клетке, как это полагалось для выступающих на территории Центра.
Дядя Вова угрюмо сидел рядом.
- Верно мне говорили, Скрипач не нужен, - думал он, - И зачем я его в тандем к себе взял? Мало того, что про модернизацию порет, так еще и поет какую-то дрянь иностранную, как агент влияния. Нет, чтобы нормальные песни петь, «Любэ» например.
Владимир Владимирович был давним поклонником творчества известного люберецкого гопника, напяливавшего на сцене военную форму середины прошлого века. Но сейчас выбирать не приходилось. Уже неделю, как они со Скрипачом торчали в Центре, зарабатывая деньги пением. Уэф и Би занимались тем же где-то поблизости. Деньги были нужны друзьям для осуществления их плана."


"Угрюмый бородатый пацак в спортивном костюме сидел один у костра и ворошил в нем прутиком.
- Ку! – поприветствовал его Уэф.
- Ку! – ответил тот, и слегка присел, опознав в Уэфе чатланина.
- Ку! – изложил Уэф свою просьбу.
- Ку! – ответил пацак, оглянулся по сторонам и распахнул свою спортивную куртку.
Из внутреннего кармана виднелись два портативных транклюкатора, размером с пистолет или чуть больше. Расплатившись с продавцом, друзья спрятали оружие подальше и отправились к своему пепелацу. Завтра предстоял решающий день, и надо было хорошо выспаться.

- Они перед видеоПэЖем не кукукали! – обличительным голосом говорил Дядя Вова, показывая пальцем на Уэфа и Би.
Те стояли у позорного столба, смирно сложив руки на груди по-сусличьи, и неопределенно подвывали, изображая раскаяние. Судья, очевидно с похмелья, сидел на металлическом ящике, похожем на гроб, попивал из горла пиво и отмахивался от мух.
- Экстремизм. Группой лиц в особо циничной форме. Пожизненный эцих без гвоздей! – не утруждая себя детальным разбором дела, вынес решение он и громко икнул.
Правосудие свершилось. Уэф и Би отправились в место лишения свободы, а Дядя Вова и Скрипач удовлетворенно потирали руки. Первая часть хитроумного плана сработала.

Настала ночь, но друзья не спали. Они сидели возле костра в компании все того же бородатого пацака в спортивном костюме, у которого сутки назад покупали оружие. Над огнем висел котелок, в котором что-то булькало и дымилось. Бородач мешал варево прутиком.
- Брат пацак, добавь еще своего гексогена, - попросил Дядя Вова, - У тебя ж там вода одна.
- Пусть еще что-нибудь даст, - с хрипотцой произнес «брат пацак», и зыркнул на Скрипача.
- Весь доход от продажи нефти в республике и полное освобождение от налогов, - предложил тот.
- Идет.., - зевнул бородач.
Он достал из заначки мешок с чем-то, похожим с виду на сахар.
- Можно дом взорвать? – с оживленным интересом спросил Дядя Вова.
- Хоть целую улицу, - ответил «брат пацак», - Не беспокойся. Я в этом деле понимаю. Я первого чатланина в пятнадцать лет завалил.
С этими словами, Дядя Вова почувствовал большое уважение к новому другу. Он хотел было спросить, нельзя ли заодно приобрести и полоний. Но времени было в обрез, и Владимир Владимирович решил удовлетвориться уже имеющимся оружием.
- Пошли, Скрипач, в открытый космос! – сказал он, и поднялся с места.
Скрипач подхватил мешок с гексогеном. Дядя Вова нащупал во внутреннем кармане портативный транклюкатор. Попрощавшись с бородачом, друзья направились к зданию Центра."

 

 

Comments

[ugly67.livejournal.com]

Удвоение ВВП-2 (http://ugly67.livejournal.com/199089.html):

(http://ugly67.livejournal.com/3483.html). (http://ugly67.livejournal.com/3483.html)
(http://ugly67.livejournal.com/199089.html)