(no subject)

[sulerin]

К Дню сопротивления оккупации
(22 сентября 1944 для Эстонии - последний день существования правительства Отто Тийфа, провозгласившего восстановление республики; оно проработало лишь несколько дней, до занятия Таллинна советскими войсками).

http://novosti.err.ee/index.php?26215453&rus=2
Ильвес: гордимся теми, кто боролся против коммунистов и фашистов

"Мы гордимся теми многими людьми, которые вели в Эстонии борьбу против коммунистического Советского Союза и оккупации фашистской Германии, даже тогда, когда ситуация казалась безнадёжной, заявил Тоомас Хендрик Ильвес.
"Свобода Эстонии была восстановлена, потому что мы твёрдо верили в своё государство. Произошло это и благодаря нашим силам противостоять попыткам отправить Эстонскую республику в забвение", - сказал сегодня, 22 сентября, в День памяти сопротивления президент Ильвес.
По словам Ильвеса, дело тех людей, которые в самое сложное время не боялись надеяться и мечтать о свободе Эстонии, зачастую рискуя своими жизнями и судьбами, показывает, что борьба за свою страну никогда не бывает напрасной.
"Наши благодарность и уважение принадлежат всем тем, кто во время оккупации боролся за независимую и демократическую Эстонию, а также стоял против злых сил", - сказал Тоомас Хендрик Ильвес."

О том, как развивались события осенью 1944
http://www.sakharov-center.ru/asfcd/auth/auth_pagesef26.html?Key=6916&page=112
17 сентября немецкое командование приняло решение об отступлении из Эстонии.
Ю.Улуотс и другие члены Национального комитета решили воспользоваться моментом, и 18 сентября в Таллинне было сформировано последнее законное правительство Эстонии во главе с премьер-министром в обязанностях президента Юри Улуотсом и заместителем премьера и министром внутренних дел Отто Тийфом, который незадолго до того, в августе, был избран председателем Национального комитета. После этого Улуотс эвакуировался в Швецию, чтобы как обладатель высшей конституционной власти быть вне опасности, практическая же работа была возложена на О.Тийфа.
Правительство Тийфа сделало все, что было в его силах. Были изданы несколько номеров «Государственного вестника» с декларацией правительства, списком его состава и назначениями высших чиновников, а также командующего армией. Но армии не было. Немногочисленные добровольцы были рассеяны по стране, не имели четких инструкций и единого руководства. Только в Таллинне им удалось воспрепятствовать разрушениям, которые готовились немцами, и поднять на башне Пикк Херманн эстонский сине-черно-белый флаг вместо немецкого красного со свастикой. Имели место также несколько вооруженных стычек с отступающими немцами. Но тем уже поспевала замена: специальная танковая колонна с большевиками из Эстонского стрелкового корпуса и оперуполномоченными НКВД мчалась через отступающий немецкий тыл в направлении Таллинна."

Из дневника Отто Тийфа
"Нас поместили на скамье подсудимых, кажется, в следующем порядке: Тийф, Майде, Сузи, Пяртельпоэг, Сумберг, Пикков, Каарлимяэ. Других арестованных по нашему общему делу судили местные трибуналы или тройки (ОСО - особое совещание). Несколько членов правительства во главе с Улуотсом, Реем и Клеэсментом не были заочно преданы суду из-за того предписания советского судоустройства, которое требует личного присутствия подсудимого при разборе дела в суде.
Судебная процедура была укорочена. Из-за отсутствия истца (в лице прокурора) после прочтения обвинительного заключения дали слово подсудимым, в том порядке, как они сидели. Я вместе с другими подчеркивал, что захваченные государства подлежали восстановлению, согласно Атлантической хартии, и поэтому находившийся в Эстонии и.о. президента мог и должен был назначить правительство, ибо немецкая оккупация прекратилась с уходом немецких войск. Деятельность правительства Эстонии не была направлена против СССР и его союзников. Оно старалось помешать тем разрушениям, которые производили немцы, тем пожарам, которые они вызывали, и это правительству отчасти удалось. Ни правительство, ни народ не хотели принимать участие в войне, но воюющими сторонами были проведены насильственные мобилизации, а также вербовка немногочисленных добровольцев. Участие людей в боях нельзя ставить в вину правительству, которое пыталось только устроить государство. На эти утверждения Ульрих благодушно заметил: "Вот вам и пригодилась юриспруденция".
Выслушав показания подсудимых, судьи ушли на совещание. Приговор был объявлен, кажется, на следующий день - устно, копию приговора не выдавали. Мы были осуждены не за попытку отделиться от советского государства, в чем нас обвиняли, а за измену родине."