(no subject)

[sulerin]

25 марта 1949 началась операция "Прибой" - депортация из стран Балтии "неблагонадёжных элементов". Подверглось высылке 94 тысячи человек.
Основанием стало постановление ЦК ВКП(б) и Совета министров СССР от 29 января 1949 года № 380 138 сс "О выселении из Литвы, Латвии, Эстонии кулаков и их семей, семей бандитов-националистов, находящихся на нелегальном положении, либо убитых в вооруженных столкновениях, сумевших легализоваться бандитов, которые продолжают деятельность сопротивления и их семей, а также пособников репрессированных бандитов".
"План мероприятий по обеспечению секретности цели сосредоточения войск в районы
операции" от 7 марта свидетельствовал: военнослужащим, направлявшимся на "операцию", не сообщали станцию назначения. Командиры частей получили пакеты в пути лично незадолго перед выгрузкой. "С целью дезинформации населения, - записано в плане, - инсценировать в Эстонии и Латвии видимость весенних учений войск".

К теме - из исследования В.Н.Земскова, данные о спецпоселенцах

"1 января 1954 г. на учете состояло 2720072 спецпоселенца (786539 мужчин, 1060624 женщины и 872909 детей), в том числе 1240482 немца (870257 - выселенные, 208 379 - репатриированные, 115426 - местные, 46420 - мобилизованные); 506618 - с Северного Кавказа (324319 - чеченцы, 83598 - ингуши, 64818 - карачаевцы, 33883 - балкарцы); 202464 - из Крыма (165629 - татары, 36835 - греки, армяне, болгары и другие); 173714 «оуновцев»; 138 586 - из Прибалтики в 1945-1949 гг.; 88501 - из Грузии в 1944 г. (48122 - турки, 9013 - курды, 1451 - хемшилы, 29915 - другие); 81246 калмыков; 56262 - с «Черноморского побережья» (38973 - греки, 15508 - «дашнаки», 1781 - турки); 36216 поляков (выселенные в 1936 г.); 36057 - из Молдавии в 1949 г.; 22960 - по Указу от 2 июня 1948 г.; 20219 «власовцев»; 17943 - кулаки из Литвы в 1951 г.; 17121 - бывшие кулаки (выселенные в 1929-1933 гг.); 15987 - из Прибалтики в 1940-1941 гг.; 10408 - из Молдавии в 1940-1941 гг.; 10218 иеговистов, 6217 - из Краснодарского края и Ростовской обл. в 1942 г.; 5428 - из Грузии в 1951-1952 гг.; 5189 - из западных областей УССР и БССР в 1940-1941 гг.; 4651 - иранцы (выселенные в 1950 г. из Грузии); 4583 - кулаки из Западной Белоруссии в 1952 г.; 4539 «андерсовцев»; 4234 «фольксдойчей» и «немецких пособников»; 2695 басмачей; 2610 - кулаки из Западной Украины в 1951 г.; 1707 кабардинцев; 1386 - из Псковской обл. в 1950 г.; 881 - с иранской и афганской границ в 1937 г.; 872 - «ИПХ» и 79 интернированных с территории Польши.
<...> В отношении лиц, остававшихся на спецпоселении, принимались решения, призванные смягчить режим, приблизить их к статусу полноправных граждан. Указанное выше постановление Совета Министров СССР от 5 июля 1954 г. предоставило спецпоселенцам, занимающимся общественно полезным трудом, право проживания в пределах данной области, края, республики, а по служебным командировкам - право свободного передвижения в любой пункт страны на общих основаниях. Правда, в приложении был указан перечень контингентов спецпоселенцев, на которых это постановление не распространялось: украинские националисты, бандиты «ОУН-УПА»; бандпособники и члены их семей, выселенные из западных областей Украины в 1944-1952 гг.; «андерсовцы»; иеговисты; члены семей бандитов, бандпособники и кулаки с семьями, выселенные из Литовской, Латвийской, Эстонской ССР, а также западных областей Украины и Белоруссии и Псковской области в 1945-1952 гг.
Позднее, в 1957-1958 гг. работали Комиссии Президиумов Верховных Советов Украинской, Молдавской, Литовской, Латвийской, Эстонской ССР с правом выносить решения об освобождении из спецпоселения. Главная трудность этой работы заключалась в том, что несмотря на «хрущевскую оттепель», действовал принцип преемственности, т.е. существовавшая ранее практика массового выселения людей не только не подверглась критике, но и по-прежнему рассматривалась как важное и нужное политическое мероприятие. За разговоры о том, что депортация народов или их части - это преступление режима, тогда вполне можно было угодить на скамью подсудимых по ст. 58 УК РСФСР (антисоветская агитация). Местные органы власти могли принимать решения об освобождении только в том случае, если располагали бесспорными доказательствами, что в этом «благом и нужном» деле, то бишь массовой депортации людей, были нарушены постановления и инструкции о выселении, что те или иные лица, согласно инструкции о выселении, не подлежали отправке на спецпоселение, т.е. выселены ошибочно."
http://www.ecsocman.edu.ru/images/pubs/2006/06/27/0000280971/003_zemskov.pdf